Малинин кивнул, не оборачиваясь. Он смотрел на корпус судна: зеленая "плесень" - оторванная от своей среды, она казалась именно плесенью обхватила корпус "Миклухо-Маклая", поднялась почти до иллюминаторов. Верхний ее край, неровный, ажурно-рваный, ощутимо полз вверх, а внизу этот тонкий, почти прозрачный слой "плесени" переходил в уже привычное желе, и там, где эта "плесень" вырастала, желе чуть покачивалось взад-вперед, словно подталкивало ее по борту судна вверх.

- Ну и ну! - изумленно воскликнул Рогов. - Пять минут назад плесени не было.

Малинин и сам помнил, что борт был абсолютно чист, когда они спускались вниз. Значит, плесень выросла недавно и очень быстро.

- Это же не опасно, - неуверенно, словно уговаривая самого себя, сказал Нолик. - Она ведь не оставляет следов.

"Верно, - подумал Малинин, - следов не оставляет. На кедах. На человеческом теле, руке к примеру. И это все? Но есть еще корпус судна, есть еще вещи в каютах..." И вдруг с какой-то особенной остротой понял, что вся их восторженная беготня вокруг морского феномена может быть опасной. Он задрал голову вверх и заорал изо всех сил:

- Артур Янович! Прикажите задраить иллюминаторы везде. И побыстрее!

Рогов внимательно разглядывал зеленую корку на борту.

- Не успеем, - проговорил он задумчиво. - Спохватились, да поздно. Видите: эта штука уже к каютам подобралась.

Кое-где хлопали иллюминаторы, а "плесень" уже застилала их, и там, где хозяева не успели забаррикадироваться, пробиралась в каюты, и кто знает, что она там натворит.

- У нас иллюминатор открыт, - сказал Малинин. - Поднимайтесь, Павел Николаевич, и бегом в каюту.

Рогов и сам понимал, что надо спешить. Едва люлька поравнялась с палубой, он легко перескочил через поручень, сбежал по трапу, толкнул дверь в каюту. Сзади сопел Нолик, пытаясь через его плечо рассмотреть, что же успела захватить зеленая "плесень".