Он пытался представить, сколько же людей и техники может вместить каждая коробка. «Дитя Моргена — 21», «Леди Ультра-Йорка», «Дитя Моргена — 73», «Атланта», «Лемурия», «Длань Соннема»…

— Нэй, ты видишь то же, что и я? — Мадж побледнела, и даже приложила руку к груди.

— Соннем… Неужели не совпадение?

Ласковая, домашняя, доверчивая Беатрис, облик которой уже почти стерся в их памяти… Выскочившая в одночасье за социотехнолога, специалиста в построении замкнутых сообществ, и заявившая полгода спустя, что ее место на фронтире, рядом с мужем. Ушедшая полвека назад.

Взявшись за руки, Нэй и Маджента стояли на носу корабля, стараясь угадать в плавящемся воздухе очертания порта.

Планета называлась Ультима. О Соннеме здесь даже не слышали, но, поддавшись на уговоры, офицер-пограничник взялся за поиск. Сначала по флотской базе, затем по справочнику обитаемых планет и поселений. А когда выяснилось, что Соннем находится «буквально в трех мирах отсюда», влез в информаторий, и распечатал на пластик краткую сводку двухлетней давности.

Передавая листок, офицер с любопытством смотрел на загадочных стариков, приплывших вдвоем непонятно откуда. Непонятно зачем и непонятно на чем. Впервые за годы службы его спросили — ха-ха! — как называется эта планета. Старуха прижалась к своему мужу, и они так впились глазами в текст, будто от этого зависела их жизнь.

Офицер скосил глаза на экран, где еще оставалась открытой сводка.

«Малколм О’Кенден, губернатор города Соннем-Сити-Один. Биография… Образование… Кавалер орденов… Родители: Патрик О’Кенден, Беатрис О’Кенден, урожденная графиня Солбери. Дети: Энтони, двадцати одного года, Элизабет, четырнадцати лет, Нора…»

Какая странная история. Сквозь стекло, из своего прохладного убежища, он наблюдал, как, выйдя в самое пекло, старики о чем-то беззвучно спорят. Солбери, кажется, граф, смешно расхаживал туда-сюда по причалу, взъерошивал длинные белые волосы, отчаянно жестикулировал. Жена, похоже, больше молчала, лишь изредка вставляя короткие реплики.