Саня Воронов при Чифе совмещал обязанности личного шофера и телохранителя. С обеими функциями он справлялся отменно. Чиф подцепил Александра во время одной «командировки» в Питер два года назад, когда случайно увидел парня в деле. Чиф зашел на Невском в стриптиз-бар «Белый лебедь», который держал Моня Винт, его старый кореш еще по Владимирской пересылке, и стал невольным свидетелем забавной сценки. Рослый блондин – это и был Саня Воронов – вырубил двух бугаев-вышибал своими пудовыми кулаками, когда они беспардонно стали выталкивать его из бара за то, что он пригласил одну из танцовщиц за свой столик.

Чиф знаком дал понять выбежавшему из своего кабинета Моне Винту, чтоб молодого скандалиста не выбрасывали из кабака, а через какое-то время сам подсел к блондину, расположившемуся у стойки бара, и, присмотревшись к нему повнимательнее, завел с ним разговор как бы ни о чем. Как позже выяснилось, Саня Воронов родом из Питера, недавно дембельнулся из морской пехоты, где, помимо общей боевой подготовки, получил корочки профессионального водилы и насобирал охапку призов за стрелковые достижения. Еще Саня мечтал осесть в Москве, где, по его представлениям, «крутятся большие деньги». Чиф угостил Саню кружечкой «Туборга», а потом, перед тем как распрощаться, взял да и предложил ему работенку в этой самой Москве…

Сделавшись телохранителем Чифа, Воронов поменял питерскую прописку на московскую, однако всякий раз, когда возвращался в Питер, сердце его радостно замирало – так всегда случается, когда встречаешься с родными местами.

Чиф никогда не рассказывал охраннику-шоферу о целях своих деловых поездок. Вот и теперь Саня мог только гадать, чей приказ заставил Чифа оставить Москву и заторопиться в Северную столицу.

Он, конечно, кое-что и сам мог сообразить: перед отъездом его вызвал Барон и, долго продержав за странным, путаным разговором, настрого приказал не спускать с Чифа глаз, предупредив, что за здоровье и жизнь вора он, Саня, отвечает головой. В Питер они, по обыкновению, поехали «Красной стрелой» – эти путешествия в уюте и комфорте двухместного спального купе Саня обожал. Чиф, хоть и был хозяином, с Саней держался как отец родной – финской водочкой потчевал, анекдоты рассказывал…