— Рад, что ты заметила. Это одно из немногих характерных человеческих качеств, которые у меня сохранились.

— Да их у тебя не так уж и мало. К примеру, тебе очень не нравится выглядеть идиотом.

Эландер почувствовал, как по телу пробежал какой-то неестественный холодок.

— И ты просто обожаешь оставлять за собой последнее слово, — продолжала Клео. — Тебе нравится пререкаться и дерзить — а тут еще я посмела тебе перечить!

Питер хотел было возразить, но лишь заметил:

— Думаю, ты путаешь меня с Кэрил Хацис.

— Знаешь, а некоторые восприняли бы это как комплимент.

— Неужели?

Эландер услышал легкий шум и повернулся, чтобы взглянуть на голограмму Клео, приближающуюся к нему по ледяной корке.

В действительности Сэмсон там не было. Существовал лишь иллюзорный образ, созданный системой связи и воспринимаемый искусственными нервными окончаниями Эландера от процессоров на борту «Майкла Мэйджера». Питер с трудом нашел бы отличия такой голограммы от физической плоти. Он даже услышал, как потрескивает натуральный лед под ногами виртуальной Клео.

— Ты же знаешь, как я голосовала, — произнесла Сэмсон, подойдя к Эландеру вплотную. Ветер растрепал ее белокурые волосы. На Клео был комбинезон цвета хаки, плотно обхвативший запястья и лодыжки. Лицо ее освещали последние лучи заходящего солнца. — Разве это ничего не значит?

— После Адрастеи…

— Знаю, что ты хочешь сказать, Питер, — прервала его Клео. — После того что произошло на Адрастее, ты никому не веришь. Однако с этим пора покончить, приятель. После ликвидации ОЗИ-ПРО для нас больше не существует предателей и изменников. Ты знаешь об этом. Они либо разлетелись по галактике, либо сошли с ума. А если я тебе просто надоела…

— Да нет же, Клео, — поспешно перебил ее Питер.

— Так вот, если я тебе надоела, то не пошел бы ты к черту, — вспылила девушка. — Даже если ты еще не знаешь, что самым плохим человеком на борту «Майкла Мэйджера» был Отто, то я уже сто раз доказала свою правоту. Я — на твоей стороне, Питер, кроме тех случаев, когда ты не прав или начинаешь идиотничать.