После чего он взял полотенце и дал знак Секретарю следовать за ним.

Ночной пляж был пустынным. Оба разделись и торопливо вошли в теплую воду.

- Ну вот, теперь можно поговорить спокойно. Здесь нас никто не услышит. Итак, у меня есть все основания считать, что это - Он. Верно, раны от ожогов и ножа у него тотчас зарастали, не оставляя рубцов, отрубленные руки и выбитые зубы появлялись вновь, и все же, на том месте, где мы двадцать шесть раз выжигали лагерный номер, кожа светлее. Сегодня, когда Он проходил мимо, я отчетливо заметил эти более светлые участки кожи, образующие его номер - 36 366!

- Вы думаете, он вас не узнал? - озабоченно справился Секретарь.

- Я уже старик, - сказал Пожилой господин. И хрипло добавил: - а Он... Он совсем не изменился.

- С его-то возможностями...

- Возможности! Просто мы слабые, а его считаем всесильным, - вскричал Пожилой господин.

- Не будем давать волю чувствам, - нервно вставил Секретарь. - Лучше подумаем, где мы допустили ошибки. Итак, начнем с самого начала: Новый конвой. У узника № 36366 на следующий день исчез ноигер с руки. Газовая камера. Он вышел из нее как из душевой кабины. Рапорт начальству. Возвращение рапорта из особых соображений. Вторая газовая камера. С газ-циклоном. Результат - ноль. Медицинские опыты. Результат - ноль. Пущен в ход нож. Результат - ноль. Древняя казнь - побитие камнями.

Результат - ноль. Погребение заживо на восемьдесят часов. Результат ноль.

- Хватит с этими нолями. Ты сам - "ноль", раз не сумел справиться с одним из заключенных. Видно, слишком ты с ним церемонился! - снова вскипел Пожилой господин.

- Если вы считаете, что пытать, расстреливать, вешать, сжигать, хоронить заживо - это "церемониться"... Нет, просто это не человек... Я много об этом думал, человеку такое не вынести...

- Я - Человек! - раздался рядом голос, и из воды появился Сияющий. Можете спокойно указать на меня пальцем и сказать; "ЕССЕ HOMO!" - вот человек!..