Странник вновь ухмыльнулся. Похоже, парням из морской пехоты скоро предстоит размяться!

Для первого эксперимента он выбрал здоровенного самца, до которого оставалось уже не больше тридцати шагов. Он сфокусировал взгляд на этом шерстистом клубке ярости, привычно оконтурил его, словно изъяв из окружающего пространства, затем мысленным усилием включил Тила. Сейчас тварь должна исчезнуть…

Однако ничего не произошло. С захолонувшим сердцем Блейд сделал вторую попытку и на этот раз ясно почувствовал, что отклик телепортатора отсутствует. Датчик в его черепной коробке был мертв! Мертв, как камень!

Еще раз… Стараясь не обращать внимания на приближающуюся орду, Блейд сосредоточил взгляд на каком-то орехе, свисавшем с ветви в четырех ярдах от него. Знакомое ментальное напряжение… пошел! И — ничего… Проклятый орех даже не шевельнулся.

Тогда, взревев от ярости, Блейд швырнул дротик, пробивший мохнатую грудь самца, своей несостоявшейся посылки; затем развернулся и побежал к опушке.

До нее было совсем недалеко, и через пять минут он выскочил на луговину, поднимавшуюся вверх, к отвесным розовым скалам. Он мчался к ним по прямой, размеренно вдыхая воздух и не глядя по сторонам; луг выглядел ровным, и странник не боялся споткнуться. На преодоление мили в таком темпе ушло минут семь-восемь. Когда Блейд уже едва не упирался лбом в шероховатую поверхность утеса, пришло время затормозить. Он вытер испарину с висков и посмотрел назад.

Шестилапые отставали как минимум на четыре сотни ярдов. Впрочем, на всех шести конечностях они прыгали довольно резво, и не приходилось надеяться на то, что от орды удастся убежать. Слишком их было много! И эти твари казались очень упорными.

Решив, что на несколько мгновений о. погоне можно забыть, Блейд перевел глаза на скалы. Они выглядели совершенно неприступными, но это его не смутило. Где-то найдется подходящая тропинка, трещина, расселина, выступ… Скалы есть скалы; творение природы всегда отличается приятным разнообразием от монотонности бетонной стены.