Он побежал налево, внимательно оглядывая розоватую поверхность, пронизанную белесыми жилками кварца и блестками слюды. Он не сомневался, что на протяжении десяти или двадцати миль найдется что-то подходящее для подъема и что на таком расстоянии ему удастся удержать преследователей далеко позади. Возможно, они устанут, возможно, им надоест эта облава… Все могло случиться в течение ближайших трех-четырех часов.

Одолев в бодром темпе мили полторы, Блейд обернулся. Шестипалые бежали за ним на расстоянии трех сотен шагов, но такое сокращение дистанции его не удивило — они наверняка срезали угол, заметив, что добыча повернула влево. Блейд видел, что бурые твари скачут сейчас на всех шести конечностях, что было, очевидно, самым скорым способом их передвижения. И надо заметить, мчались они довольно резво!

Пожав плечами, он снова пустился в путь вдоль скалистой стены. Солнце на открытом месте палило немилосердно, хотелось пить, саднили царапины на ногах и плечах, оставленные когтями твари, с которой он сошелся в рукопашную. На бегу Блейд размышлял над тем, почему вся мохнатая орда не навалилась на него во время этой схватки. Возможно, у них есть некий кодекс таких поединков? И первым должен вступить в единоборство вождь или сильнейший из самцов?.. Но тогда за честной победой должны воспоследовать заслуженные почести… Заслышав рев и визг позади, он оглянулся. Не похоже, чтобы эти твари собирались воздать ему заслуженное!

Он начал уставать. Побаливала нога, которую он подвернул год назад, во время неудачного марш-броска на тренировочном полигоне, перед отправкой в Эрде… Впрочем, то были мелочи; в свои сорок семь с половиной лет он находился в отличной форме и мог одолеть за час десять-двенадцать миль. За час… Но что потом? Скалы справа выглядели абсолютно бесперспективными.

Блейд сбавил темп, и орда позади торжествующе взвыла. Похоже, шестипалые монстры были не столь уж неразумными и сообразили, что добыча начала уставать. Они казались дьявольски неутомимыми и упрямыми, как бульдоги.