— Я представлял себе это совсем не так.

— Как не так?

— Дождь и холод, — тоскливо произнес Морис. — И ветер. Ужасный ветер.

Я уже полностью привел себя в порядок.

— Ну, ладно, Морис, надо идти.

Я сделал с десяток шагов и вдруг понял, что Мориса сзади нет. Я обернулся.

Морис стоял на месте. На голове у него была шляпа, но в руках он продолжал мять свой тюремный колпак.

— Какого черта, Морис? — крикнул я. — Пошли.

Он не пошевелился.

Я вернулся и хотел вырвать у него колпак, но он вцепился в него обеими руками. Широко раскрытыми, незрячими глазами он смотрел прямо перед собой.

— Морис! — заорал я. — В чем дело?

Губы его дрогнули.

— Сегодня на ужин будет сладкий картофель, Фред. Это мое любимое блюдо. А его так редко готовят...

Вдруг налетел ветер, дикий и яростный, и я повернулся ему навстречу. Я увидел перед собой плотную простыню холодного дождя. За ней скрывался мир, с которым я расстался двадцать два года назад.

— Каков он сейчас?

Я встряхнул Мориса за плечо.

— Ну, чего ты напугался? Львов там нет. Тигров тоже.

— Только люди. А что тебе могут сделать люди?

Он посмотрел на меня.

— Все могут сделать, — тихо сказал он. — Все.

После ужина мы с Морисом вместе со всеми строем пошли в кино. Пробрались на свои обычные места.

— Как думаешь, найдут они тоннель? — спросил Морис.

— Кто его знает, — пожал плечами я. — Ведь они пока не выяснили, как сбежал Эрцгерцог.

— Но нам ничего не будет, как считаешь?

— Ничего. Все будет шито-крыто. Кое-каким влиянием я здесь еще пользуюсь.

— Не кое-каким, Фред, а очень даже большим, — поправил меня Морис. — Ты здесь очень важная фигура, Фред. Уверен, ты все сделаешь.

Я чуть улыбнулся. Он был прав — здесь я был очень важной фигурой. Там я был бы никем.

— Знаешь, почему я на самом деле решил поползти обратно? — спросил вдруг Морис. — Потому что это было не по-честному. Ну, воспользоваться чужим тоннелем. Если бы мы его сами вырыли — тогда другое дело.