Надо было переходить к делу. И Громушкин прямо сказал, что агрегат, о котором он ведет речь, не самолет и даже не ракета. Он вообще двигается не по земле и не по воздуху. Он… как бы сказать, перемещается… Ну… Вот, сейчас мы, допустим, тут, в сегодняшнем дне. А нажал, допустим, кнопку – и перенеслись на сто лет назад, в прошлое. Я понятно выражаюсь? Хотя добавлю, что пока это только идея, в стадии… Тут Громушкин замолчал, решив, что и так сказал слишком много.

Что решил его собеседник, он понял не сразу. Тот как-то весь скукожился, продолжая при этом ухмыляться. Только ухмылка была теперь какой-то неестественной, точно с натуги. Потом, поднявшись с кресла, ученый сказал, глядя мимо Громушкина на членов Политбюро:

– Вы, товарищ, видимо, ошиблись адресом. Мы такими вещами не занимаемся. Категорически. Мы… Короче, вам – не к нам!

И уж хотел было выйти, но Громушкин проворно вскочил и ухватил его за рукав.

– Тогда подскажите – куда? Я, видите ли, человек серьезный и у других серьезных людей время отнимать не собираюсь. Но мне нужно знать, куда обращаться. Чтобы не попасть в этот… в просак.

– Знаете, – сияя и зачем-то кусая губу, ответил молодой ученый, пятясь к дверям, – я бы советовал вам обратиться в другое э-э… учреждение. Это в Невском районе. Знаете такой? Называется Институт имени Бехтерева. Вам там обязательно помогут. Обязательно!

И юркнул за дверь.

А Громушкин вышел на улицу и побрел к своему автомобилю. Чем занимаются в Институте Бехтерева, он отлично знал. Устраивал туда в свое время собственную мамашу-покойницу. Старуху брать не хотели, помогли связи, и она прожила в том заведении еще полгода. Там и скончалась, не сведя, слава Богу, с ума семью Громушкиных.

Садясь в "Жигули", Громушкин подумал, что все – к лучшему. В результате всего одного визита в первый попавшийся институт он получил ответ на вопрос, стоит ли выставлять Машину на продажу. Выходило – ни в коем разе, не то угодишь в психушку. А если притащить кого на дачу и показать агрегат в действии, его могут запросто отобрать, конфискуют без разговоров. И денег не дадут, а еще заподозрят в связях с зарубежными шпионами. У нас это быстро. Посадят. А то еще и убьют, чтобы не распространялся.