Продавщица открыла было рот, но ничего сказать не успела.

– Покупать у вас не буду, жулите! – не повысив тона, заявила покупательница и пошла прочь, оставив фрукты на лотке. А заинтригованный Громушкин – за ней, любуясь длинными ногами и тонкой талией. Перед светофором у перехода догнал.

– Это… Извините, конечно, я случайно слышал, как вы ту, в ларьке, на место поставили. Здорово! У вас в голове что – счеты или арифмометр?

Сказал и оробел – отошьет. Такая может. Еще и отчитает, чтоб не приставал на улице к незнакомым. Но девушка, наоборот, заулыбалась, и Громушкину очень понравились ямочки у нее на щеках. Потом сказала:

– А не люблю, когда меня за дуру считают. Что сколько весит и почем стоит, знаю не хуже ее. Сама в торговле работаю.

Вот так и познакомились. Громушкин тогда ее до дому проводил. Пока провожал, узнал, что звать Валентиной, работает в большом гастрономе, живет на Охте, а сюда приехала навестить бабушку. Вот и решила по дороге взять фруктов, у них овощной отдел, как нарочно, сегодня закрыт на переучет, а ходить к девчонкам да выпрашивать… "Не мой стиль" – так выразилась. Узнал Громушкин также, что сама Валя работает в кондитерском отделе, и тут же, к слову, сказал, что такой девушке только пирожными да конфетами и торговать. Хотел было добавить – мол, сама, как конфетка, но опять не посмел – нахально для первого-то знакомства.

Уже потом, когда встречались, вспомнили тот первый раз, и Валентина с хитренькой такой улыбочкой сказала, что обсчитывать и сама умеет, но не так, как та баба – внаглую.

– А как? – заинтересовался Громушкин.

– А просто. Культурненько. Кого на копейку новыми, кого на две, вот уже и три копеечки. Другого еще на пятачок… Вот уже и восемь. Так это – с троих. Для каждого – ерунда, он и не почувствует. За день трешка наберется… А то и пятерка. А она меня тогда сразу на сорок три копейки! Да еще гнилых яблок хотела всучить! И орет. Я никогда не кричу. Я, если покупатель… недоволен, всегда вежливо извинюсь – мол, ошиблась, с кем не бывает. И потом у меня принцип – стареньких бабушек или кто бедно одет – никогда! Другое дело – пьяницы…