Женщины еще раз прошлись между лежаков.

— Раны тяжелые, — подытожила воеводша. — Мне кажется, выживет только этот, — она указала на второго беглеца, Ния кивнула в знак согласия и вышла из палатки вместе со всеми. Полог колыхнулся и упал, а молодая женщина с длинной русой косой, уложенной вокруг головы, села с шитьем возле зажженной свечи.

Дверь домика, приютившегося под одинокой сосной, была не заперта. Ния вошла и села на широкую скамью у стола.

— Устала? — старик с длинной седой бородой, которого все называли не иначе как дедушка Йорхан, ждал ее там, у печи. В чугунном котелке медленно остывало жаркое. Старик поднялся, поставил на стол миску с ложкой, и девушка принялась неторопливо насыпать себе еду.

— Что там?

— Он умер, — тихо ответила Ния. — Тот парень с мечом. А ведь он один перебил почти всех солдат. Такие люди не должны умирать.

— Да, наверное, ты права, — дедушка Йорхан задумчиво посмотрел на пляшущий огонек свечи. — Но ведь ты о нем ничего не знаешь.

— У него лицо хорошего человека. И… ведь лес почему-то подпустил их так близко!

— Вот это действительно загадка, которую нам предстоит разгадать, — старик улыбнулся, по-отечески ласково погладил девушку по плечу. — Ты ешь, да иди спать. Утро вечера мудренее.

* * *

Серый рассвет медленно отгонял ночную мглу, и лесной поселок просыпался. Где-то закричал петух, в хлеву заблеяли козы. Полог широкой палатки качнулся, выпустив женщину с усталым после бессонной ночи лицом. Несколько минут спустя полог снова приподнялся, и под первые лучи утреннего солнца вышел человек в серых штанах и грязной белой рубахе, под которой угадывались повязки. Он опустился на чурбан возле входа и пустым взглядом смотрел прямо перед собой. Глаза у него оказались серые с синевой, темные, лицо с высокими скулами и прямой с заметной горбинкой нос. Подбородок покрыт недавней щетиной, волосы отрасли до плеч и висели вокруг лица жалкими сосульками.