
- За Говорящим Клопом, - ответил Эдик.
- А вы, Привалов?
- За Черным Ящиком.
- Хм... - Модест Матвеевич полистал книжку, - Верно... Имеются... Та-ак... Колония Необъясненных Явлений... Покажите заявки.
Мы показали.
- Ну что ж, поезжайте... Не вы первые, не вы последние...
Он взял под козырек. Раздалась печальная музыка. Толпа заволновалась. Мы вступили в кабину. Мне было грустно и страшно, я вспомнил, что не попрощался со Стеллочкой. "Стопчут их там, - объяснял кому-то Модест Матвеевич. - Жалко... Ребята неплохие... Амперян вон даже не курит, в рот не берет..." Металлическая дверь шахты с лязгом захлопнулась. Эдик, не глядя на меня, нажал кнопку семьдесят шестого этажа. Дверь автоматически задвинулась, вспыхнула надпись: "Не курить! Пристегнуть ремни!", и мы отправились в путь.
Поначалу кабина шла лениво, вялой трусцой. Чувствовалось, что никуда ей не хочется. Мимо нас уплывали вниз знакомые коридоры, печальные лица друзей, самодельные плакаты "Молодцы!" и "Вас не забудут". На двенадцатом этаже нам в последний раз помахали платочками, и кабина вступила в неизвестные области. Показывались и исчезали необитаемые на вид, пустые помещения, толчки становились все реже, все слабее, кабина, казалось, засыпала на ходу и на шестнадцатом этаже остановилась совсем.
Мы едва успели перекинуться парой фраз с какими-то вооруженными людьми, которые оказались сотрудниками отдела Заколдованных сокровищ, как вдруг кабина взвилась на дыбы и с железным ржанием устремилась в зенит бешеным галопом. Замигали лампочки, защелкали тумблеры. Страшная перегрузка вдавила нас в пол. Чтобы удержаться на ногах, мы с Эдиком ухватились друг за друга. В зеркалах отразились наши вспотевшие от напряжения лица, и мы уже приготовились к худшему, но тут галоп сменился мелкой рысью, сила тяжести упала до полутора "же", и мы приободрились. Екая селезенкой, кабина причалила к пятьдесят седьмому этажу и остановилась снова. Раздвинулась дверь, вошел грузный пожилой человек с аккордеоном наизготовку, небрежно сказал нам: "Общий привет!", - и нажал кнопку шестьдесят третьего этажа.
