Когда дверь за Фенелком закрылась, Блисс тихо выругался, пригладил взлохмаченные волосы и уставился на меня невидящим взглядом:

— Что-то случилось, Мэвис? Вы пришли по делу?

Я поняла, что сейчас Блиссу не до разборок между Эмбер Лейси и Пегги Беннинг.

— У меня было дело, но это уже не имеет значения, — сказала я и неожиданно для себя добавила: — Этот бриллиант... Он действительно стоит сорок тысяч долларов?

— Да, — кивнул Блисс. — Изумительный перстенек.

Я заволновалась:

— Кто же эта счастливица? Удовлетворите мое девичье любопытство.

— Счастливица? А... — Блисс все понял и невесело рассмеялся. — Нет, милая, кольцо не предназначено для подарка женщине. Это особый перстень... Его носил Шеп Морроу.

— Шеп Морроу? Тот Морроу, которого играет Ли Беннинг? Разве Морроу — реальное лицо? Разве его не придумали сценаристы?

— Морроу действительно жил, — сказал Блисс. — Люди плохо знают историю, но теперь, после «Меткого стрелка», имя Морроу стало таким же известным, как имя Уайта Эрпа...

— Перстень настоящий? Морроу, кажется, выиграл его в покер.

— Я проверил — подделка исключена.

— И вы хотите, чтобы Ли Беннинг носил в фильме подлинный перстень Морроу. Это гениально!

— Беннинг играет блестяще, он настоящий артист, — задумчиво произнес Блисс. — Но камень на его пальце будет ярче исполнителя. Он затмит его.

Блисс замолчал и уставился в карту-схему, оставленную Фенелком. Он о чем-то напряженно размышлял. Я понимаю: для трижды женатого мужчины, вынужденного содержать трех жен, даже тех, кого он давно оставил, есть о чем подумать, прежде чем решиться проделать в бюджете огромную дыру.

— Знаете, мистер Блисс, а я бы не стала слепо верить Дру Фенелку, — набравшись наглости, сказала я. — Он человек не от мира сего. Болтает сущий вздор и требует, чтобы мы, люди здравомыслящие, подчинялись его теориям.

Я попала в яблочко! Люсьен Блисс встрепенулся, морщинки на его лице разгладились, глаза зажглись. Блисс принял наконец решение и стал таким же, как раньше.