Для начала он посетил гараж и осмотрел со всех сторон свой старый «Шевроле» шестьдесят первого года, потом направился к вольеру и потрепал за мягкие лохматые уши Баги-Боя. Затем старик обошел дом и зашел оправиться в нужник. Своим туалетом он гордился, и не без оснований. Титаническое сооружение из красного кирпича, предмет зависти всех соседей, электрифицированное, с необыкновенно удобным стульчаком, собственноручно изготовленным из модернового кресла, купленного на распродаже. И еще радио, и еще спрятанный в секретном шкафчике раритетный «Плэйбой», июль восемьдесят первого года, с Мэрианн Мэй на развороте. Его папаша, Джейсон Баррет, туалетов в доме не признавал и ходил опорожнять свой бесконечный кишечник прямо за дом, в кусты сирени, на радость курам. А потому, вернувшись из Кореи, брезгливый Остин первым делом соорудил удобный нужник на заднем дворе, еще фанерный, простоявший до урагана шестьдесят пятого года. Потом уже и папаша Джейсон почил, и Остин решил строить на века.

Старик любовно поправил ржавую подкову над дверью и, чувствуя, как где-то внутри поднимается волна страстного томления, наконец направился к цели своего утреннего обхода. Но по пути, решив растянуть сладостный миг встречи, Остин заглянул в курятник. В курятнике он застал Синтию в грязной безрукавке поверх ночной рубашки. Девушка выгребала жестяным ковшом зерно из обрезанных бочек и ссыпала его в оцинкованный чан. Заметив деда, Синтия испуганно замерла с открытым ртом. Старик покачал головой и уже было повернулся, чтобы идти дальше, как вдруг за спиной Синтия дико взвизгнула и, бухая резиновыми сапогами, кинулась к дверям. Старик повернулся и успел заметить, как в щели под потолком исчезает черная тень.

Он усмехнулся. Старая Мамаша Одри. И Мистер Саблезубый был уже тут как тут. Он крался вдоль бочек, вытянув шею, толстый хвост его нервно подергивался. Мамаша Одри и Мистер Саблезубый были извечными врагами. Мистер Саблезубый стабильно уничтожал каждый крысиный выводок, а старая черная крыса в ответ регулярно посещала курятник.