Мегвин наклонилась за лампой и проникла в образовавшееся отверстие, пока Эолер пытался отдышаться.
- Принцесса! - окликнул он ее, затем протиснулся следом. - Подождите! Здесь может быть ядовитый воздух! - Но произнося эти слова, он уже ощутил, что воздух вполне хорош, может быть, лишь немного тяжеловат. - Просто... - начал он, но остановился прямо позади нее. Лампа, которую она держала, освещала широкое пространство.
- Я тебе говорила! - голос ее был исполнен одновременно почтения и удовлетворения. - Вот где живут наши друзья!
- Бриниох Небесный! - пробормотал потрясенный Эолер.
Огромный город простирался перед ними, протянувшись вдоль широкого каньона. Они стояли на его краю, и их взору предстали многочисленные здания, как бы высеченные из самой сердцевины горы, как будто город был единым, необъятным по размеру куском живого камня. Каждое окно, каждая дверь были высечены прямо в твердой породе, каждая башня - из колонны цельного камня, и колонны эти достигали свода пещеры далеко вверху. Но несмотря на огромные размеры, город казался очень тесным, как на миниатюре, вызывающей обман зрения. Со ступеней широкой лестницы, на верху которой они стояли, им казалось, что стоит протянуть руку - и коснешься крыш, похожих на купола.
- Это город мирных... - сказала Мегвин счастливым голосом.
Это был город ситхи, подумал Эолер, а затем его бессмертные жители решили провести оставшиеся годы на освещенной солнцем поверхности земли. Ибо раскинувшиеся перед ними сооружения из искусно вытесанного темного камня были пусты, так, по крайней мере, казалось. Потрясенный открытием такого потаенного места, граф поймал себя на мысли, что он хотел бы, чтобы город оказался и на самом деле покинутым.
В тесной келье было холодно. Герцог Изгримнур жалобно шмыгнул носом и потер руки.