
Однажды поздно вечером, когда Адам уже лёг спать, а у Делмара было немного свободного времени, я вытащила плёнки и прокрутила их мужу. Мы были в шоке. На нескольких начальных плёнках звучал мой голос и раздавалось неразборчивое бормотанье. О, всё было ясно — эти звуки издавал Адам. Слова — я употребляю этот термин в широком смысле — были перепутаны, порядок отсутствовал вовсе. Порой Адам пропускал отдельные звуки, порой их плотно спрессовывал. Конечно, все плёнки были помечены, там стояли даты, и в общих чертах я знала, о чём мы говорили в каждом конкретном случае. С техническими проблемами мы смогли справиться, потому что мой голос и все посторонние шумы звучали громко и явственно.
Мы начали с самой старой плёнки и прокручивали их по порядку, одну за другой. Бормотание оставалось бормотанием, но на более поздних плёнках его было всё меньше и меньше. Постепенно голос Адама напрочь исчез из записей, и, если не считать моего голоса, они были совершенно чисты. Мы не могли понять этого.
Позднее Делмар заявил, что гипотеза о телепатии возникла у него сразу же, как только он осознал эффект, но мне пришлось дождаться пробуждения Адама на следующее утро, прежде чем я смогла убедить себя, что всё это происходит на самом деле.
