Потом вы начинаете понимать, что эта зеленая прозрачность - овальный кусок полированного камня. Вспышки и отблески становятся драконами. Их двенадцать. Глаза у них изумрудные, клыки слоновой кости, когти из золота. Драконы чешуйчатые, и каждая чешуйка уложена так, что у основания она зеленая, как первобытные джунгли, потом становится ярко-алой, а к концу алое сменяется золотым. Крылья серебристые и зеленые и тесно прижаты к бокам.

И эти драконы живые. Никогда не было столько жизни в металле и дереве со времен Аль-Ахрама, скульптора древнего Ада, который изваял первого крокодила, и в наказание ревнивый Всемогущий вдохнул жизнь в его создание!

Наконец вы замечаете, что топазовый диск, обрамленный маленькими желтыми огоньками, является вершиной металлической сферы, вокруг которой обвивается тринадцатый дракон, тонкий и красный, и кусает свой скорпионий хвост.

Первый же взгляд на драконье стекло заставляет затаить дыхание. Да, и второй, и третий взгляды тоже - и вообще всякий раз, как вы на него смотрите.

- Где вы его взяли? - потрясенно спросил я.

Херндон спокойно ответил:

- Оно было в маленьком тайном помещении во дворце императора. Мы обнаружили это помещение, - он немного помолчал, - скажем, по чистой случайности. Как только я его увидел, я понял, что оно должно быть моим. Что вы о нем думаете?

- Думаю! - воскликнул я. - Думаю! Да это чудеснейшая вещь, какую когда-либо изготовлял человек! Что это за камень? Гагат?

- Не уверен, - ответил Херндон. - Но идите сюда. Встаньте передо мной.

Он выключил свет в комнате и повернул другой выключатель, и напротив меня три закрытые электрические лампы бросили свои лучи на зеркальный овал.

- Смотрите! - сказал Херндон. - И говорите мне, что видите.

Я посмотрел в стекло. Вначале я ничего не видел, кроме лучей, уходящих все дальше, дальше - казалось, в бесконечность. И потом...