Взаимопонимание с аборигенами было достигнуто только в самых общих чертах, и все же имелись основания надеяться, что в ответ они пришлют что-нибудь полезное для человеческой науки. То, что команда рисковала здоровьем и жизнью, подразумевалось, но риск считался оправданным.
Несколько иного мнения, правда, держались в последнее время супруги водителей «Студня».
Двое мужчин вели машину, ели и спали по очереди. Они почти наугад пробирались сквозь дождь и туман - а может, это была пыль, - затаивали дыхание, входя в узкие ущелья, где невозможно было уклониться от падающих камней, радовались, когда в просвете облаков мельком удавалось увидеть незнакомые еще созвездия, вслух обсуждали необычайно крупный летающий объект, прислушивались к дрожи «Четверки» при толчках, которые возникали и исчезали совершенно непредсказуемо (хотя Доминик продолжал испытывать свои пророческие способности, неизменно пополняя запас мелочи в кармане Эрни), безрезультатно запрашивали, нет ли вестей от жен, прислушивались к непрерывному диалогу с аборигенами, в котором медленно, но верно пополнялся словарь научных понятий, и все это время приближались к Гнезду.
Наблюдения за движением танкера по-прежнему внушали надежду: им явно управляла разумная сила. Самое надежное доказательство было получено, когда «Четверке» оставалось около часа пути до базы. Началось все с рапорта йошихаши Сенатсу Ито, на первый взгляд вовсе не радостного.
- Боюсь, что девочек ожидают неприятности, - задумчиво сообщила она Бену.
- Что такое?
- На маршруте, по которому они возвращаются, примерно в ста километрах от их нынешнего положения, кое-что изменилось. Там была довольно узкая лощина - километра два шириной, - а теперь ее чем-то забило. Если я правильно интерпретирую изображение, она наполняется жидкостью. Во всяком случае поверхность ровная и уровень ее повысился, а если бы она замерзала, кристаллы должны были как-то отразиться на спектре.
- Они смогут там проехать? - Бен, едва начав разговор, включил передачу на «Четверку». - Танкер должен бы удержаться на плаву в любой жидкости, которая не застывает при температурах дневной стороны, а движение гусениц позволит им хоть как-то управлять.