Дождь, хотя, может быть, уже другого происхождения - Ник мог быть отчасти прав, - продолжался и час спустя. Тахометр установили и, после того как монетка перешла от Ника к Эрни, снова запустили с нуля. Из Гнезда пришло еще два или три сообщения: блудный танкер шел, как раньше, практически в нужном направлении, но от его команды все еще не было ни слова.

- Хотел бы я знать, что они везут, - нарушил затянувшееся молчание Доминик. - Аборигены толком не объяснили, что могут предложить в обмен, хотя водород им явно нужен позарез.

- Если верить Трише, - поправил Эрни. - Желание, знаешь ли, тоже достаточно абстрактное понятие.

- Они несколько раз повторили просьбу в разных формулировках, так что она более или менее уверена. И ты сам понимаешь, зачем он нужен местным ученым.

Эрни только кивнул, признавая очевидное.

Кто бы ни занимался физикой на Полупечке, они, вероятно, обнаружили элемент номер один в спектре своего солнца, изучая его с планеты, и, возможно, довольно хорошо разобрались в химизме процесса, может быть, даже обнаружили в коре планеты его следы, накопившиеся за восемь миллиардов лет от звездного ветра. Им наверняка страшно хочется раздобыть побольше для макроскопических исследований, так же как на Земле мечтали раздобыть гелий и плутоний, не говоря уже о коронии до развития спектроскопии. Люди на Полупечке были учеными и потому относились к этому желанию с пониманием и сочувствием. Они сконструировали и вырастили танкер, названный каким-то юмористом, увлекавшимся архаическими мелочами, «Студнем», загрузили его углеводородами с высоким молекулярным весом с бурого «карлика» в тридцати астрономических единицах от Пегаса-51 и послали к источнику передач.