Бен, слушая Сенатсу, составлял набросок карты. Он чертил электрическим стило на полимерной пластинке, поскольку на Гнездо действовали те же семь g, а плавающему в воде сотруднику станции неудобно пользоваться карандашом и бумагой. Отпуск на орбитальной станции вдали от звезды чаще всего называли «отправиться на просушку», хотя и там много времени приходилось проводить в ваннах - функцию очистки в оборудовании восстановительного цикла пока еще не довели до совершенства.
- Думаю, так. - Облако повернул дощечку к передатчику - его пост находился в ста метрах от рабочего места Сенатсу, которая должна была проверить его работу.
- Я бы и сама лучше не сделала, - признала она. - Попробуй переправить ее девочкам.
У Ника с напарником не было видеосвязи, но они пристально вслушивались в каждое слово. Бен не обязан был включать их в свою передающую сеть, но сделал это не задумываясь. Когда закончилась первая передача, оба водителя взглянули друг на друга и дружно покивали - мысленная картина, возникшая перед ними, совпадала с той, которая создалась из слов Сенатсу. Они продолжали прислушиваться к голосу Бена, снова и снова повторяющему одно и то же через спутник трансляции и наблюдения, но теперь только краем уха - движение «Четверки» поглощало почти все внимание. В часе пути от Гнезда предосторожностей требовалось не меньше, чем вдали от него. На пороге входного шлюза можно было умереть так же окончательно и бесповоротно, как в любой другой точке планеты.