Почти вся рабочая связь с местным городом касалась научных вопросов: словарь пополнялся пока за счет усилий компьютера сопоставить движение человеческих механизмов, которое аборигены каким-то образом отслеживали на любом расстоянии, с излучением, поглощавшимся и принимавшимся спутниками наблюдения. Дискуссии сводились к обсуждению орбитальных пертурбаций и прецессий и их влияния на внутреннюю структуру планеты. Компьютер Гнезда постепенно составлял подробную карту распределения плотности строения Полупечки и понемногу продвигался в регистрации течений в мантии. Довольно естественно для планеты, чья масса превышала земную в сто семьдесят семь раз, радиус - почти в пять, а сила тяжести на поверхности - в семь с лишним, тектонические плиты здесь двигались со скоростью, которая на Земле пристала скорее метеорологическим феноменам. Да и сами плиты были размером не с континент, а скорее с крупный город или небольшое государство. Так что следить за их движением было увлекательно, и конца этим наблюдениям не предвиделось. Одна пара, прибывшая в Гнездо в качестве метеорологов, переключилась с тех пор на динамику коры и была радушно принята планетологами. И сами супруги вздохнули с облегчением, хотя слегка стыдились, что спасовали перед трудностями. В атмосфере Полупечки насчитывалась дюжина основных компонентов, в основном фториды и оксиды серы и кремния и некоторые другие; пропорции состава хаотично менялись в зависимости от времени и места и готовы были перейти в иное фазовое состояние при малейших скачках температуры, давления, солнечного освещения и концентрации других компонентов.

Разумеется, в научной работе не следует полагаться на чудо, однако кое-кто из персонала временами - и, конечно, только про себя - готов был поддаться искушению. Как-никак сверхъестественная помощь не могла оказаться намного менее полезна в предсказаниях, чем существующие математические модели.