Майор перестал скрываться. Выпрямившись, он твердым шагом двинулся к КПП, в будке которого маячили фигуры двух солдат.

Карел рассчитал верно: его зимняя эсэсовская форма не должна была вызывать подозрения.

Майор нащупал в кармане две отравленные иглы. Но что-то в последний момент его остановило, и через пару секунд он понял, что именно.

Солдаты были вервольфами.

Форму этих элитных эсэсовских войск было трудно спутать с какой-либо другой. Темно-багровые мундиры, украшенные эмблемой воющего волка, заставили Карела сменить оружие.

Четыре выстрела из пистолета с глушителем едва слышно прозвучали в ночи. Серебряные пули насквозь пробили стекла маленькой будки.

Спрятав пистолет, майор не спеша прошел через КПП.

Дверь, ведущая в двухэтажку, оказалась не заперта.

На узкой лестнице Карел столкнулся еще с двумя солдатами, по всей видимости, они все-таки услышали звон бьющегося стекла.

Их он застрелил прямо через карман шинели, не особо разбираясь, кто перед ним, — верфольфы или обыкновенные эсэсовцы.

Затем был плохо освещенный коридор.

Шаги гулко отдавались в висках.

Коридор закончился тупиком. Майор чертыхнулся, возвращаясь назад.

Из-за угла в него выстрелили, но за мгновение до этого Карел успел упасть. Выстрелы повторились.

Одна из пуль впилась в левое плечо.

Майор пружиной вскочил на ноги, бросаясь на высокого темноволосого немца со шрамом на скуле.

Пистолет врага со стуком грохнулся на пол.

Блеснул тонкий стилет. Солдат натужно захрипел, сползая по выложенной руническим кафелем стене.

Где-то в недрах лагеря завыла сирена. Теперь счет пошел уже на секунды.

Карел по наитию кинулся к самой дальней камере. Дверь в нее была приоткрыта.

Майор толкнул ее ногой.

Но... что за черт. В тесном, плохо освещенном помещении были двое. Страшно исхудавшая бледная женщина и средних лет эсэсовец в офицерском мундире.