Удачей считалось повстречать русалку или хникара, а ноки и вигтрольды иногда губили моряков. Редки были такие встречи, но они были, и никто не говорил — мол, меньше пить надо… Вальдер знал: спроси кого из поселян, хоть и стариков — можно сражу топиться. В болоте. Засмеют. Кончились старые времена… Одно он знал: там, на обрыве, в час морской бури, нечто произошло. Что-то кончилось в нём. Что-то оборвалось навек. Пустота и молчание в сердце. Как в разграбленном могильном кургане. Лишь одно ведомо было Вальдеру: никогда не знать ему, что же произошло… Впрочем, призрак дал ему совет, который показался неглупым. Вальдер Виллеман ушел к викингам, чтобы пасть в битве и увидеть покрытый щитами чертог.

2

Давно закончился век викингов. Не стало грозных морских королей, гордых волков моря, о которых пели скальды. Те викинги остались в сагах: Дэор Охотник и сын его Ингъяльд, Хродгар Любовник Ведьмы и Хьярди Волчонок, Хокон Большой Драккар, Хравен Увесон и Гуннар-конунг, Халльдор Виндсвалль и его друг-оборотень Рутгер… Те же викинги, что ещё отваживались ходить по морю, были жалкими полунищими трусливыми разбойниками. Они были вне закона. Они грабили только во фьордах. Боялись идти в открытое море, и не без оснований: плохие были у них суда. Были и ещё причины, но о них не говорят, ибо суеверия достойны лишь смеха. Это были уже не волки фьордов, но убогие помойные крысы… К таким вот «викингам» и прибился сын Виглафа. Нет нужды говорить, как встретили его бродяги, как высмеивали его и унижали. От рабской доли его спасло лишь знание песен: он развлекал морскую вольницу разухабистыми висами. Нет нужды говорить, как в драке при Хьёрсее их банду разбил наголову хирд королевского ландмана, Свена-ярла, и только скрипач уполз оттуда, мокрый, перепуганный и побитый.



5 из 21