Улица, которая отходила от ворот, была чистой, что касается мусора относительно крупных размеров: нигде не валялось ни бумажки, но пыли почему-то было очень много. По обоим сторонам проезжей части в ряд выстроились разнокалиберные дома. Домики были из дерева, но не такие, как строили, к примеру Славяне — из толстых брёвен, иногда даже нетёсаных, нет, домики здесь были из струганых досок, достаточно тонкие и хлипкие на взгляд любого русского человека. Дома при этом были в основном одноэтажными, редко где над улицей возвышался двухэтажный особнячок. В стороне городской площади над домами плыло аж трёхэтажное здание мэрии, сделаное всё по той же «фанерно-досочной» технологии.

— И как оно держится? — спросил Дрон. Он ехал в кузове с Ай, и когда они вкатили в город, прильнул к борту, жестом предупредив желание Ай сделать тоже самое, — если треханёт на ухабе, она с ребёнком может не удержаться, да и горой сваленные, ничем не закреплённые роботы могли предательски подсечь случайно соскользнувшим манипулятором. Дрон, убедив Ай, опять обернулся к виду на город и, глотая пыль, вылетающую из-под колёс Вольво, флегматично заметил, видно, вспомнив какую-то одному ему понятную шутку:

— О! Дикий Запад! Обожаю ковбоев!

Трилариан проехал по улице до первого перекрёстка и свернул направо. Проехав ещё чуть-чуть, он уверенно свернул к двухэтажному дому, покрашенному снаружи тёмно-зелёной краской из стандартного набора, обычно используемого для маскировки бронетехники, действующей в джунглях или другой зелёнке. Трилариан заглушил мотор, вылез, хлопнув дверцей, и смачно потянулся, с хрустом. Глянув на дом, он спокойным голосом, как на пикнике, приказал:

— Дрон, поторчи тут, поохраняй барахлишко, да детишек. А я с Маусом прогуляюсь внутрь. Маус, скажи Трею, чтобы лез в кузов к Ай и пусть они оба не высовываются оттуда, пока мы с тобой не вернёмся.

Сказано — сделано: Трей залез в кузов, Дрон — наоборот, вылез наружу, чтобы спокойно устроиться около грузовика.