- Ваше знаменитое любопытство, сэр? - Лукаво уточнил я. - В вашем сердце снова проснулась эта симпатичная горная лисичка, чиффа?

- Ага. - Невозмутимо подтвердил Джуффин. - Впрочем, она никогда и не засыпала по-настоящему... Так что давай, выкладывай.

- На самом деле тут и выкладывать-то особенно нечего. Мне было очень тепло и очень спокойно - как никогда в жизни. И еще мне показалось, что в меня по уши влюблены некие загадочные и непостижимые силы... влюблены - это еще слабо сказано, я был уверен, что они меня просто обожают! - Тут я почувствовал, что краснею. - Глупо, да? - Упавшим голосом закончил я.

- Да уж, ни гениальностью, ни, тем более, оригинальностью здесь и не пахнет! - Фыркнул Джуффин. Потом покачал головой, насмешливо и, как мне показалось, укоризненно. - В этом ты ужасно похож на все остальное человечество, мальчик, кто бы мог подумать! Все мы рождаемся и умираем с одной и той же невысказанной просьбой на губах: "любите меня, пожалуйста, как можно сильнее!" - Джуффин скорчил такую смешную жалобную рожу, что я не удержался от улыбки. Он и сам рассмеялся, а потом снова задумчиво уставился куда-то вдаль. На этот раз его молчание порядком затянулось.

- На самом деле все это дерьмо! - Неожиданно резко заключил он. - В отчаянных поисках этой дурацкой несбыточной любви к себе мы проходим мимо великолепных вещей, которые вполне могли бы сбыться, в том числе и мимо настоящих чудес. Но нам не до них: мы слишком заняты поиском тех, кто нас оценит и полюбит... Ладно, не будем отвлекаться. В общем-то я был почти уверен, что Гравви дарит своей жертве нечто в таком роде, просто хотел окончательно в этом убедиться... Вопрос в том, как мы можем вырвать нашего Мелифаро из смертельных объятий этого неземного наслаждения.