Вот как, значит, Кэтины романтические домыслы были не так уж далеки от истины.

— Отчасти поэтому мы и хотели нанять именно вас, — заторопился мистер Хинкли. — Бобби не убивал Мелиссу, он просто не мог этого сделать, он любил ее, она... Она была чудесной девушкой. — Он нервно подвигал перечницу туда-сюда. — Убил ее кто-то другой. Мы считаем, это был какой-то другой вампир, но доказательств у нас нет.

— Мы — это кто?

— Мы с Бобби. — Мистер Хинкли скривился. — Все остальные вцепились в эту версию про «роковую любовь».

— А кровные родичи Бобби? Они какого мнения?

Мистер Хинкли крутил в руках бутылочку с уксусом и чуть не уронил ее. Уксус капнул на стол, запахло резко и кисло.

— Тут вы правы, мисс Тейлор. Если вампиры сейчас и волнуются насчет Бобби, так только относительно подачи происшествия в прессе.

Я прищурилась:

— А адвоката у Бобби нет? Алан вновь поджал губы:

— Первый мне не внушал доверия. Он вампир и, по-моему, не принял интересы Бобби близко к сердцу. А новый, которого я нанял, раньше никогда не имел дела с вампирами. Мисс Тейлор, нам очень, очень нужна помощь.

Я его понимала и пока что не отказывалась, но до сих пор не услышала ничего, что заставило бы меня согласиться.

— Все это очень интересно, но я так и не поняла, почему вам потребовались именно мои услуги?

Алан уперся взглядом в столешницу:

— Шесть лет назад моя жена умерла от редкого заболевания крови.

— Какое несчастье.

Убогое подобие соболезнования, но других слов у меня не нашлось.

— Бобби тогда был еще подростком, и после смерти матери у него была черная полоса. — Алан вновь поднял на меня глаза. — Бобби учится... то есть учился на врача. Он думал, что, если выиграет время, успеет найти лекарство от этой болезни, поэтому три года назад принял Дар. — Пальцы Алана сомкнулись на солонке. — Может быть, я и не вполне одобряю образ жизни, выбранный Бобби, но он все равно мой сын. Больше у меня родных нет.