В какой-то миг он заметил свое отражение в отполированном серебряном зеркале. Оттуда, с другого конца комнаты, на него смотрел Болард — другой Болард, который показался ему вдруг ужасным. Болард, у которого было человеческое туловище, облаченное в коринфийские доспехи, и уродливое… нечеловеческое лицо…

— Что ты со мной сделал? Усхор!

Усхор усмехнулся — он наблюдал за Болардом горящими глазами, положив руки на подлокотники трона.

— Что ты…

Болард задохнулся от гнева. Он отвернулся от зеркала и своими мощными руками схватился за рукоять меча. Стальной меч затрепетал и загудел, когда его извлекли из ножен — и Болард, крича от ужаса, бросился вперед, чтобы громить и убивать.

Атака была настолько быстрой, что даже Усхор оказался не готов к ней. Волшебник успел лишь пробормотать защитное заклинание и выбросить вперед тощую руку. Меч Боларда вонзился прямо в предплечье волшебника и зазвенел, ударившись о кость — а маг зарычал, сплюнул и отдернул руку.

Крови не было. Кость даже не треснула. Единственным результатом нападения был тонкий разрез на рукаве черной мантии мага.

— Болван! — Усхор схватил за лезвие и принялся выкручивать его. Меч, который стал мягким, как виноградная лоза, закрутился и вскоре был превращен в никчемный моток стали.

Болард со страхом отступил — его гнев и ярость улетучились. Он попятился к двери; рассудок его по-прежнему был помутнен — все плыло у него перед глазами, в том числе и Усхор, поднявшийся с трона… неожиданно у главного входа что-то прогремело и от этого звука какая-то часть сознания вернулась к Боларду. Он вдруг отбросил бесполезный меч, толкнул тяжелую дверь и криком позвал своих солдат.

Усхор не двинулся с места. — Он знал о шести воинах, которых Болард привел с собой в качестве охраны. И в то же мгновение они ворвались в зал, шесть вооруженных, облаченных в доспехи негодяев, стремительных и жаждущих крови.