Рысь оскалилась. В глубине сознания Человек корчился от ненависти, умоляя Зверя покончить с отвратительной игрой — но сейчас Рысь была сильнее.

Голод отступил… да она и не была голодна в обычном смысле. Страха жертвы, вот чего она хотела. Ненависти. Бешеной ярости и упоения боя. Всего этого она получила в избытке.

Удар.

Рысь по-прежнему больше оборонялась, без особого труда уходя от атак чернобородого. Да и тот, сопя и то и дело облизывая губы, явно нападал, желая только ранить или обезоружить, но не лишить противника жизни. Он опять что-то выкрикнул, и на сей раз слова достигли сознания Человека.

«Брось меч. Я хочу тебя».

Соня захохотала.

— Так приди — и возьми! — И с размаху ударила чернобородого по предплечью. Рукав тут же окрасился черным.

Вожделение в глазах разбойника сменилось яростью.

— Ах ты, тварь! Ну подожди… — Сиплый голос срывался — сказывалась усталость. Но и Соня начинала выдыхаться. Рысь отняла слишком много сил. Пора было кончать с этой забавой…

Клинок сверкнул в ее руке, описывая восьмерку. «Крыльями бабочки» называли этот прием наставники… От первого крыла разбойнику удалось увернуться, подставив вовремя саблю. Второе крыло полоснуло по правой щеке, оставив шрам, симметричный тому, что красовался на левой.

Чернобородый взвыл, бросаясь на девушку. В другой руке его возник длинный кривой кинжал.

Натиск был так силен, что ей пришлось отступить на шаг. И еще.

Где-то сбоку, почти на границе видимости, ей почудилось движение.

Человек?

Неужели разбойнику пришла подмога?..

Мгновенная растерянность едва не стоила девушке жизни. Уворачиваясь в прыжке от свистящей сабли, она подставила под удар плащ — и ощутила жгучую боль выше запястья. Проклятье!

А с другой стороны кинжал уже целил ей в бок. Она отбила удар. Отскочила…