Один или два жреца, впрочем, так и остались при своем мнении: они не сомневались в том, что черномазый попросту мошенник, которому зачем-то понадобилось пересидеть опасное время в храме.

Разумеется, скептики были недалеки от истины: бесследно исчезнув из дома своего хозяина, чернокожий невольник не нашел убежища лучше, нежели каморки для жреческой прислуги позади храма.

Но спустя некоторое время положение вещей изменилось. Каваррубиа действительно обрел себя в религиозном служении Посейтонису. Он даже двигаться и говорить начал как истинный житель Кордавы, жрец почитаемого божества.

Минуло двадцать лет – и вот уже никому в Кордаве даже в голову не приходило усомниться в том, что Каваррубиа был воспитан при храме Посейтониса и с самого юного возраста предназначался в служители этого бога. Необычный для Зингары иссиня-черный цвет кожи, высокий рост и изящное сложение Каваррубиа никого не удивляли. Он выглядел именно тем, кем являлся. Почитатели Посейтониса толпами стекались к этому жрецу, дабы получить от него наставление.

Но однажды произошло несчастье, которое изменило все.

Возвращаясь с длительной прогулки по берегу моря, на подступах к Кордаве жрец совершенно неожиданно для себя столкнулся с вооруженным отрядом. Человек десять всадников с копьями и кривыми мечами преградили ему путь.

Каваррубиа остановился. Ветер трепал его длинные одежды, соленые брызги морских волн долетали до его лица. Начинался прилив. Волны с силой били в скалистый берег, как будто снова и снова пытались проверить его на прочность. Все было здесь знакомо Каваррубиа, все принадлежало Кордаве – и Посейтонису.

– Кто вы такие? – громко окликнул жрец незнакомцев. – Пропустите меня!