– Хотите сказать, копаться в чужом дерьме? – закончил за него Палмер.

Брэди кивнул.

– Как посмотреть. – Палмер рассмеялся. – Это самая постоянная работа. Я хочу сказать, что, пока, люди не страдают массовым запором, у меня всегда будет работа. – Конечно, – продолжил Палмер, – работа в Лондоне намного легче, чем здесь. Здесь приходится ползти в канализационных трубах на четвереньках, а там можно в них идти в полный рост.

Брэди хмыкнул, представив себе эту картину. Палмер снизил скорость и поинтересовался, по какому адресу надо ехать. Они уже были в районе новых домов.

– Авеню Акасиа, 22, – ответил Брэди, заглянув в листок.

Оказалось, что они уже приехали. Выйдя из машины, они направились к входной двери и позвонили. Брэди заметил, что занавеска слегка раздвинулась и сквозь металлическую сетку от мух видно чье-то лицо. Однако им пришлось долго ждать, прислушиваясь, как медленно открывается множество запоров. Наконец через небольшую щель приоткрывшейся двери они увидели странную женщину, лицо которой пряталось в тени.

– Миссис Фортюн? – улыбаясь, спросил Брэди.

Ей можно было дать не менее семидесяти лет, и она с подозрением смотрела на пришельцев.

– Мы работаем в совете. Вы ведь жаловались на плохой слив? – инспектор продолжал улыбаться в ожидании ответа. Потом он подумал, что женщина глуха и повторил свой вопрос громче.

– Нечего кричать, я не глухая, – огрызнулась женщина. – Ступайте с черного хода.

Брэди собрался что-то ей ответить, но парадная дверь захлопнулась у него перед носом. Взглянув на Палмера, он увидел, что тот молча трясется от смеха. Подойдя к черному ходу, они увидели появившуюся в дверях настоящую миссис Фортюн, невысокую толстую женщину с пучком волос на затылке и в толстых очках на самом кончике носа. В эту жару на ней был длинный, толстый доходящий до колен вязаный жакет, похожий на покрывало. Брэди даже показалось, что от миссис Фортюн пахнет нафталином.