– Заткнись, – повысив голос приказал Семен: Мар немедленно заткнулся.

– Кадуцей, он абсолютно черный, – продолжил Семен. – На магическом плане. Такую черноту я видел только в Мире-Полигоне, когда мы от столба инферно спасались. Черный точь-в-точь как тот столб! Мне даже прикасаться к жезлу не хочется…

– Да? – расстроился медальон. – А что же тогда делать?

– Вот, стою и думаю, – пояснил Семен. – Прикидываю варианты. Скажи, Мар, а есть ли у тебя заклина…

Позади, в мусорной свалке, зашуршало; Семен обернулся – по мусору кто-то шел. Кто-то, невидимый для обычного человека, не обладающего магическим зрением. Осторожно шел, крадучись: если бы не жесткая оберточная бумага, попавшая под ногу невидимке, Семен не скоро бы заметил, что в зале он не один.

– Конкурент приперся, – догадался Мар. – Ишь, крадется… Ну, Семен, дождались мы подмоги! Сейчас все и решится. Ты, главное, не мешай – пусть берет кадуцей, пусть! Ежели его зомб не убьет, и жезл ничего плохого с ним не сделает, тогда поступаешь так: бьешь его сначала в подбородок, потом в солнечное сплетение, а после коленом в пах – нервная и осмысленная деятельность на время блокируется, мы берем кадуцей и гордо уходим за тысячью золотых… Надеюсь, ты видишь конкурента?

– Вижу, – еле слышно ответил Семен.

По залу, в направлении к хрустальному гробу, двигалось бирюзовое облачко, окутывающее темный человеческий силуэт – нерезкий, расплывчатый. Но, невзирая на расплывчатость, было видно, что человек ростом с Семена, худощав и достаточно ловок: ящики и прочий хлам он огибал легко и грациозно, словно танцуя.

Семен отступил в сторону – незнакомец подошел к гробу и остановился. Судя по тому, что невидимка стоял, оглядываясь по сторонам и не предпринимал никаких действий, таинственный конкурент был в растерянности – наверное, его смутила поднятая на гробе крышка. Семен осторожно пододвинулся ближе: он вовсе не собирался дать человеку бестолково погибнуть, пусть и конкуренту, – а то, что жезл смертельно опасен, в этом Семен ни капли не сомневался, нельзя такую черную штуковину голыми руками брать, – и чуть не закашлялся от неожиданности: от незнакомца пахло духами. Хорошими женскими духами, чем-то вроде знаменитой "Шанель", но несколько иначе. Хотя и не менее приятно.