— Понятно, — повторил лорд Дарси ледяным тоном. — Должен ли я считать, что от меня как раз и ждут таких улик?

Маркиз Лондонский на четверть дюйма приподнял и опустил плечи:

— Честно говоря, мне все равно. Однако я понимаю вашу личную заинтересованность в этом деле и, разумеется, вы можете рассчитывать на любую помощь со стороны моей службы в расследовании, которое вознамеритесь предпринять.

— Даже так? — сказал лорд Дарси. — Отлично! Я принимаю ваше гостеприимство и сотрудничество... Не освободите ли вы мастера Шона под его поручительство до тех пор, пока не будут найдены решающие улики?

Маркиз нахмурился, и впервые в его голосе послышалось откровенное неудовольствие:

— Вы не хуже меня знаете, что человек, арестованный по подозрению в совершении уголовного преступления, не может быть освобожден под собственное поручительство! Таков королевский закон, и я не в силах изменить его.

— Да-да, конечно, — пробормотал лорд Дарси. — Конечно... Но надеюсь, я все-таки могу поговорить с мастером Шоном?

— Разумеется. Он в Тауэре*

Лорд Дарси поднялся:

— Премного вам обязан, милорд. В таком случае, я немедленно займусь делом. Вы позволите мне удалиться?

— Можете идти, Дарси. Лорд Бонтриомф проводит вас до дверей. — Маркиз Лондонский грузно встал из-за стола и, не сказав больше ни слова, покинул кабинет.

Лорд Дарси тоже молчал, пока не оказался у входной двери. А перед тем, как шагнуть на улицу, сказал:

— Милорд маркиз любит развлекаться играми, Бонтриомф.

— Э-э-э... возможно... Да, любит. — Бонтриомф помолчал. — Я уверен, вы сумеете разобраться с этим делом, Дарси.

— Думаю, сумею. Не удивляйтесь ничему.

— Не буду... До встречи, Дарси!