- Прошу понять, - продолжал Рувинский, почему-то взглянув в мою сторону и взглядом попросив участвовать в обсуждении, - что обычно альтернативные миры существуют обособленно. В каждом был свой Иисус, и меня сейчас не интересует, был ли он действительно сыном Бога или заурядным проповедником. Кадури грубо нарушил инструкцию, произошел некий пространственно-временной прокол... Наши физики разбираются, и за теорией дело не встанет... Как бы то ни было, в мир, где оказался Кадури, были перенесены десять Иисусов из соседних миров...

- Которые оказались без Иисусов, - вставил я.

- Совершенно верно, Песах, - отозвался директор.

- А наш? - спросил я. - Наш-то Иисус тоже был в той компании?

- Не знаю, - развел руками Рувинский. - Как это узнать?

- Да очень просто, - сказал я. - Если после захоронения тело "нашего" Иисуса исчезло из могилы, это могло означать лишь одно.

- Только не говори, что этот самозванец вознесся! - воскликнул рави Венгер.

- Нет, конечно, - согласился я. - Он оказался в альтернативном мире в результате этого... э-э... пространственно-временного прокола... А невежественные иудеи решили, что он действительно...

Обидевшись за невежественных иудеев, оба раввина собрались произнести возмущенные речи, но господин Рувинский призвал всех к спокойствию.

- Все это, - сказал он, - сейчас неважно.

- А что тогда важно? - воскликнул Главный сефардский раввин Мордехай Бен-Авраам. - Речь идет о посягательствах на основы веры!

- Пойдемте, - коротко сказал господин Рувинский, решив, видимо, что уже в достаточной степени подготовил присутствующих к предстоящему зрелищу.

Мы спустились в подвал института, причем оба раввина плелись позади всех и призывали Творца в свидетели глупости происходящего мероприятия.