- Об этике, - сказала Тэлия наконец.

- Уф, что за серьезный предмет для размышлений!

- Думаю, да... - Тэлия явно вновь ушла в себя; глаза ее затуманились, и Крис кашлянул, чтобы снова привлечь ее внимание.

- Ты куда-то пропала, - мягко упрекнул он подпрыгнувшую от неожиданности Тэлию. - Ну, так ты говорила - этика. Этика чего?

- Моего Дара. Особенно его использования...

- Я думал, ты разобралась с этим.

- В ситуации опасности - да. В ситуации, когда в рамках нормального судопроизводства не существовало подходящего и справедливого наказания.

- Тому... что детей насиловал?

- Именно. - Тэлию слегка передернуло. - Мне казалось, я уже никогда не почувствую себя чистой после соприкосновения с его разумом. Но - что я могла с ним сделать? Приказать казнить? Это... было бы недостаточной карой за то, что он совершил. Заточить в тюрьму? Никуда не годится. И, как бы мне ни хотелось медленно разорвать его на куски, Герольды пытками не занимаются.

- Так что же ты все-таки с ним сделала? Я имею в виду, в подробностях. Раньше ты не хотела об этом говорить.

- Применила... что-то вроде приема душевного целительства, только навыворот; основой послужило то, что я - проецирующий эмпат. Не помню, как Деван это называл, но ты привязываешь к какой-то конкретной мысли другую мысль или набор чувств, который выстраиваешь сам. Затем каждый раз, когда такая мысль приходит человеку в голову, с ней приходит и то, чего хочешь ты. Как с Востелом - всякий раз, когда он думал, что сам виноват в случившемся, ему тут же приходило на ум то, что вложила в него я.

- А именно? Тэлия усмехнулась.

- "Ну уж в следующий раз я такого дурака не сваляю!" А когда он уже готов был сдаться от боли, то думал: "Но сегодня уже не так плохо, как вчера, а завтра станет еще лучше". Фактически, без слов - одни чувства.