На деле, конечно, права носферату и прочих живых мертвяков нарушались сплошь и рядом. Департаменту по делам неумерших приходилось целыми днями разбирать бесчисленные жалобы о дискриминации по иммортальному принципу, выносить решения, штрафовать виновных, возвращать в могилы незаконно реанимированных и оберегать тех, кто воскрес из мертвых легально. Впрочем, от всей этой бюрократической возни обитателям Квартала Склепов легче не становилось. Уж я-то знаю!
Случаи вандализма, когда уличные банды, или, что еще хуже реакционные политические и религиозные группировки, устраивали дневные погромы и насаживали неумерших на колья (причем прямо в защищенных Магистратом гробах) были отнюдь не редки. К тому же многие вампиры быстро, в течение семидесяти-ста лет впадали в маразм от действия серебра, разъедающего грудь, и становились тупее истекающих слизью хучей. Магистрат давно обещал усовершенствовать вживляемые им Скрижали, но маги-чиновники из Колдовского Ковена, которым это было поручено, как-то не торопились выполнять обещание. В городе полным-полно проблем, требующих немедленного решения, а вампиры – бессмертные (в теории), так что могут и подождать.
За доказанное убийство легализовавшегося вампира по закону полагался крупный денежный штраф, а в случае невозможности его уплатить – три года каторжных работ. За извращенное убийство (с использованием церковных реликвий, святой воды, мощей и проч.) – десять лет и конфискация имущества.
Впрочем, Слотерам, законы не писаны.
По крайней мере, я отказывался от сделки с Дэреком уж точно не по этой причине.