Если б не дочь, то, конечно, стоило бы, наверное, отправить его на свалку. Ресурс выработан практически полностью, так сказали в мастерской. Но Маргарита… Нет, она ни за что не согласится расстаться с Робином. Во всяком случае, до тех пор, пока не вырастет. Да и то сказать – он с нею чуть ли не с пеленок. Привыкла. И даже полюбила. Она его одушевляет, как одушевляют дети любимые игрушки. Впрочем, ничего удивительного – мы взрослые иногда поступаем точно так же. Взять того же Упса. За этот месяц я так к нему привыкла, что, пожалуй, еще немного, и я поверю в наличие разума у этого серебристого и такого услужливого облачка. Хорошо, что он есть, и Маргариту можно спокойно с ним оставить. Девочка почему-то не очень любит город (впрочем, а за что его любить?) и всегда по возможности остается дома, где ей всегда есть чем заняться и во что поиграть. Раньше был Робин, а теперь вот появился еще и Упс. Робин и Упс. Упс и Робин. Господи, эдак я скоро превращусь в настоящую хозяйку богатого поместья (с учетом того, что Мартин вот-вот станет компаньоном фирмы, мы вполне сможем себе позволить это самое богатое поместье), которая только и знает, что командует роботами-слугами и… Что это? Дым? Странно… и в нашей стороне… О боже, Маргарита!

И, чувствуя, как из груди вот-вот выпрыгнет перепуганное насмерть сердце, она до упора вдавила педаль газа.

Дом пылал, словно костер на ветру.

Собственно, он и превратился в гигантский костер. Пламя охватило его со всех сторон, и было совершенно ясно, что спасти его уже невозможно. Пожарные геликоптеры будут здесь не раньше чем через десять минут, но за это время…

Марта затормозила в пятидесяти метрах, выскочила из машины и в ужасе до крови укусила себя за руку. Маргарита, девочка, где она…

– Маргарита! Доченька!! – Ее крик перекрыл гул пламени, но на зов никто не откликнулся.