- Ещё бы! Переночуешь раз - и заболел.

- Тише! Это реставрационный зал. Ничего не касайтесь.

- Ух ты, сколько всего!.. - Лео отметил, что в полутёмном зале нет ценных вещей. Или они - вон там, скрыты голубой плёнкой.

- Вот кабинет первичной очистки. Входить нельзя! Смотрите отсюда.

В просторных нежилых комнатах сгущалась тьма. Безмолвие, скопившееся, как стоячая вода, недовольно вздрагивало от голосов и давило на вошедших, словно стремилось вытеснить их из своих владений. Голубая плёнка в сумерках теряла цвет, становясь мертвенно-серой, и напоминала паутину.

- Ну как, поглядели?

- Да-а, картина! Я бы не взялся караулить это хозяйство.

- Чего бояться? - горничная ощущала себя почти хозяйкой, дом был предметом её гордости. -Всё содержится наилучшим образом.

По ходу экскурсии Лео отследил два багажных контейнера из девяти. Правда, большую часть помещений и подвал он не увидел. В крайнем случае придётся обойтись тем, что распаковано.

- Спасибо, милая. Дом, как в кино! - расшаркивался он, вновь входя в комнаты Динке. - Эй!.. а это что такое? Кто тут рылся?

Сумки были повалены набок и растащены в стороны, а одна к тому же раскрыта. Часть белья в беспорядке валялась рядом.

«Извращенцы, - Лео тотчас заподозрил охранников. - Железный торс, алмазный глаз, а на поверку - фетишисты. Кого Кротёнок обвинит в пропаже? Меня, невинного! Ах, бесстыжие свиньи… Вот что называется: грабить вдов и сирот. Причём в открытую! Вытащили, разворошили, истоптали - и так оставили».

При виде разбросанных тряпок горничная слабо ахнула и отшатнулась. Её растерянность длилась секунду. Она тихо приказала Лео:

- Забирайте и уходите. Скорее.

- Что за спешка? А вещички? Надо бы проверить, а то…

Горничная кинулась торопливо сгребать бельё. Суетясь, она волновалась всё сильней. Порывисто скомкав оставшиеся трусы и лифчики, она подхватила сумки и, всучив всё это Лео, стала энергично выпихивать его в коридор, шёпотом твердя при этом: