-Это в каких же? - спросила я.
-Да в Азоле, - ответил мужчина. - Я-то уж давно в Арастене, а присказки -- дело живучее, никак не избавишься!
-И за что же вороные так пострадали? - фыркнула я. Азоль? Ах да, маленькое княжество на восточном рубеже Арастена. Говор у моего собеседника в самом деле казался непривычным - раскатистое "р", долгое "а". Акцент был не слишком явно выраженным (впрочем, он ведь сказал, что давно в Арастене), но явным.
-Сам не знаю, - пожал плечами мужчина и со вкусом затянулся. Трубка у него была знатная - длинная, изогнутая, на юге такие в большой моде. - Примета вроде такая еще есть: рыжие кони к радости снятся, белые -- к печали, а вороные -- к обману. Это старух надо спрашивать, а я-то что знаю? Ну вот, и говорят, если кто враками увлекся -- "вороного погнал". А если кого облапошили -- тот "вороного оседлал".
-Надо же, как забавно, - улыбнулась я, и беседа наша на этом прекратилась сама собою. Мужчина нашел себе более словоохотливого собеседника, а я решила, что пора ложиться спать.
Люблю такие случайные разговоры: нет-нет, а узнаешь что-нибудь любопытное. Хотя присказка мне эта вовсе ни к чему...
Назавтра буран немного утих, и стало возможно отправиться в дорогу. Моя лошадь плелась нога за ногу, утопая в снегу, повозки тоже еле тащились. Ветер хлестал в лицо ледяной крошкой, так что я вынуждена была замотать голову длинным шарфом. Моему примеру вскоре последовали и попутчики, так что все мы стали неотличимы от жителей северных островов. Я в особенности, поскольку направлялась в столицу прямиком оттуда и даже не сочла нужным сменить тамошнюю одежду на принятую в здешних краях.
После полудня, когда до столицы оставалось не более пары часов езды, ветер немного унялся, снег прекратился. Впрочем, разматывать шарф я не стала - лицо совсем обветрится... К тому же, так меньше была вероятность, что моя запоминающаяся физиономия привлечет чье-то внимание в городе. Мне не хотелось бы, чтобы о моем прибытии узнали раньше, чем я сама захочу о нем сообщить, а всем глаза не отведешь.