— Поезд номер 156 «Санкт-Петербург — Москва» через 5 минут отправляется с третьего пути, — прогнусавил механический голос. Народ вокруг засуетился, проводница начала обход вагона, отправляя провожающих на платформу, и я пошел на свое место, чтобы не видеть прощальных поцелуев прекрасной незнакомки с сержантом по прозвищу Ален.

Состав плавно тронулся, и компания провожающих стала приближаться к моему окну. Я не видел того, как девушка по имени Марша бежала по вагону, чтобы помахать на прощание своим друзьям, не видел и того, как она решила остановиться именно у моего окна. Резко затормозив, она прильнула к окну, ее сумка, висевшая на плече, больно стукнула меня по затылку. Я инстинктивно подался вперед и коснулся щекой удивительно пахнущего теплого тела под поднявшимся вверх свитером. Марша стояла, перегнувшись через стол моей боковой полки, прильнув к стеклу и строя забавные рожицы. Мои щеки вмиг запылали, я отпрянул назад, стукнувшись затылком о заднюю стенку, и смущенно отвернулся, глядя в противоположное окно.

— Извини, больно я тебя? — услышал я прямо-таки детский голос. Марша смотрела на меня своими чистыми голубыми глазами, ее губы тронула легкая улыбка.

— Нет, что вы! Совсем не больно, я даже не заметил, — заикаясь, выдавил я из себя.

— Ну, конечно! Не заметил! — зазвучал звонкий серебристый смех. — И давай без этих «вы», о’кей?

— О’кей, — растерянно произнес я.

Девушка присела напротив и стала задумчиво смотреть в окно на проплывающий мимо городской пейзаж.

— Не принесешь водички? — с трудом расслышал я тихий голос моей юной спутницы.

— К-конечно.

Проводница в нашем вагоне оказалась на редкость приветливой, без вопросов дала мне стакан, в который я набрал противную теплую жидкость, называемую «вода питьевая».

Марша по-прежнему смотрела в окно. В ее взгляде читалась явная тоска, которую я принял за грусть от разлуки с любимым сержантом. Увидев меня, она улыбнулась, с благодарностью взяла стакан с водой и залпом осушила его.