Все невесты были кровь с молоком, с ярко выраженной грудью, широкими бёдрами, что в купе с маленьким ростом смотрелось для Белова как в кривом зеркале. Основной задачей для жениха была невеста без ревнивого кавалера. Поэтому Белов при выборе невесты больше смотрел на реакцию парней, сопровождавших процессию. К сожалению, после четырёх домов, Белову было ясно, что эти невесты уже заняты. Ссориться жутко не хотелось, и Белов решил быть внимательнее.

В пятом доме Белов заметил достаточно взрослую девицу в доме, которая не вышла на «построение» и поинтересовался, кто такая. Оказалась младшей женой хозяина. Зато в следующем доме Белов чуть не упал, когда увидел невесту. Девица оказалась на вид всех двадцати лет, да ещё самой высокой, но, самое главное – она оказалась копией девушки, за которой когда-то ухаживал Белов и чуть не женился. Более того, девица явно заметила взгляд Белова и сама ответила таким же. Формально Белов ещё посетил последний дом и вернулся к столу.

У стола старики хотели продолжить фольклорное действо, но Белов взял процесс в свои руки. Отослав всех в сторону, он пригласил к столу старших жён. Отводя каждую из них, он уточнял, какие парни ухаживают за их дочерьми, а если пробовали врать, сам показывал этих парней. К его облегчению, у девицы из шестого дома кавалеров не оказалось. На прямые вопросы – почему,– ответы были достаточно уклончивые. Но Белов понял, что кавалеров нет из-за гордости и бедности.

Белов подошёл к недоумевающим мужчинам, которые начинали терять терпение, и сказал, что выбор сделан. Все вернулись к столу, за которым на этот раз сидели и старшие жёны. Белов объявил свой выбор и попросил позвать невесту. Та подошла достаточно робко и, когда Белов спросил её, будет ли она его женой по-русски и по-угорски, невеста робко ответила согласием. При этом на её лице было написана неподдельная радость.