Попытки уральца воздействовать на её организм неплохо снимали температуру, но сам процесс выздоровления затянулся надолго. Результатом стала остановка у рощицы на неделю, которой как раз хватило, чтобы путников одним не прекрасным утром окружило огромное кочевье. Старый сыщик, занятый лечением жены, никак не ожидал, что зимой степняки кочуют. Поэтому почувствовал приближение людей, когда кочевники окружили небольшую рощицу отарами овец и начали устанавливать юрты.

Когда уралец вышел из рощицы, приютившей путников, и огляделся, он насчитал не менее сотни взрослых мужчин в кочевье. А судя по количеству юрт, вдвое больше. Учитывая неудачную попытку силового контакта с предыдущими степняками, едва не закончившуюся гибелью, он решил попробовать поговорить с аборигенами спокойно. Для пущего эффекта уселся на носорога и выехал, распугивая коней, к центру стойбища. Поднялся обычный, в таких случаях, переполох, дети сбегались поближе к незнакомцу на огромном животном, женщины разбегались, а мужчины спешно вооружались и окружали незнакомца. Безошибочно выбрав юрту старейшины, старый сыщик спрыгнул возле неё и остановился, ожидая появления главы стойбища. Тот не заставил себя ждать, сразу вышел навстречу и задал неожиданный вопрос, указывая на карабин за плечами путника.

— Уралес?

— Да, уралец, — сообразил ответить путник, — мне в Уральск надо.

— Наша тоже уралес, — заулыбался старейшина и громко крикнул по-угорски, кого-то подзывая к себе.

Из соседней юрты вышел священник в тёмно-синей рясе и направился к старейшине. Подойдя к Белову, он уверенно и чётко поздоровался и спросил,

— Что привело вас к нам, не нуждаетесь ли в помощи?

— Мы уральцы, — на всякий случай подтвердил старый сыщик, уже догадавшийся, что кочевники настроены дружелюбно, — возвращаемся из дальней разведки с востока, а жена моя заболела. Можем ли мы попросить пристанища на несколько дней, пока она наберётся сил? Кроме того, прошу не обижать моих мохнатых «лошадок», указать им место для выпаса, они мирные, но непривычные к людям.