- Горит, не горит, в двух словах не скажешь. Ты о Робин Гуде слыхал?

- Чего-чего?!

- В общем так: можешь на моторе, можешь на троллейбусе или в видах экономии даже пешком, но через час жду у себя.

Алексей положил трубку. С Колей Чебановым они просидели на соседних партах все десять школьных лет, студенчество развело их на пять лет по разным факультетам.

А теперь снова почти рядом. Почти, потому что Коля работает во вражеском стане, в лаборатории бурения времени, у Чернякова.

Поймать такси на Рышкановке было под силу только Валерке Майорову. Он просто кидался наперерез автомашине, и шофер во избежание валеркоубийства вынужден бывал останавливаться и вылезать из кабины с монтировкой. Но дело кончалось, как правило, мирно. Это у Валерки называлось "уболтать". А уболтать он мог не только таксиста, едущего в парк или по вызову, но, наверное, и машиниста поезда "Молдова". Но Валерка давно уже процветает в Москве, прельстясь преимуществами столицы, а равно и серыми глазами некоей столичной жительницы.

Так что на такси рассчитывать нечего.

Вглядываясь в разрисованное запоздалым морозцем стекло, Алексей гадал - что это такое еще выдумал Колька? Троллейбус мягко покачивался, плавно оседая перед перекрестками. Потом надолго застрял - то ли пробка, то ли провод где-то оборвался. Алексей уже начинал злиться - и на троллейбусное управление, и на Колю, и на себя. Если это вдобавок еще и какой-нибудь бездарный розыгрыш...

- Слава те, господи! - сказал Коля, приоткрыв дверь.- Что так долго?

- Фельетон на троллейбусное управление сочинял. Не отходя от кассы,отмахнулся Алексей, разматывая шарф.

Небрежно сдвинув с одного из стульев стопку книг, он уселся, оглядел стены аспирантской комнатенки, сплошь застроенные самодельными стеллажами, уставленными всевозможными "Физиками" и "Курсами". Последний раз он у Коли был с полгода назад, книжек явно прибавилось.