— Ты напрасно беспокоишься.
— Раз на раз не приходится, — убежденно ответил Александр. — Случается всякое, и лучше быть готовым ко всяким неожиданностям.
— Это верно, — согласился леший и угрюмо замолчал. Он сидел, обхватив плечи когтистыми лапами, словно ему было холодно. В глазах Древолюба мелькали злые красные искры. Или это просто отражался в них огонь костра? Филин сидел рядом, распустив крылья и тяжело дыша. Кажется, он тоже непрочь был погреться. Александр вообще заметил, что повадки у Зорковида не слишком приличествуют птичьему племени. Смотрелся крылатый конь не блестяще. Перья взъерошены, припадает на правую лапу… Да, полярные совы дрались отчаянно.
— Держи, — Древолюб протянул Александру маленький сверточек. Из тряпицы высовывались метелочки пряно пахнущих трав.
— Что это?
— Снадобья. Они помогут унять боль, принесут сон.
— Ему? — Александр кивнул на лежащего в забытьи Ратибора.
— Ему тоже, — согласился несколько странным тоном леший. — Но кто знает, может они пригодятся и тебе. Твоя дорога не окончена и впереди долгий и опасный путь. Многое может случиться, как ты сам сказал.
Александр пристально посмотрел ему в глаза. Леший шумно вздохнул и отвернулся.
— Ты бросаешь меня? — Фраза прозвучала очень жестко.
— Мы встретимся и не раз, — в голосе лешего отчетливо прозвучало смущение.
— Ты выбрал самый подходящий момент.
Леший раздраженно ударил кулаком по земле.
— Что поделаешь! Когда б на то была моя воля, мы ни за что не расстались бы. Но ты не знаешь причин, которые вынуждают меня поступить именно так. Я долго помогал тебе, потому что это было необходимо для дела…
— А сейчас дело сделано, — перебил Александр.
— Да! — со внезапно вспыхнувшим раздражением огрызнулся Древолюб. — Да и тысячу раз да! Ты сам недавно стол на вершине Железной горы и все отлично видел сам, поэтому нет нужды рассказывать тебе что-либо. Дело сделано, однако это не самое трудное и не самое опасное из сотни подобных дел. И всюду нужна моя помощь. Ведь не ты же полетишь навстречу железноголовым! Я могу многое, но не все. Например я не могу разорваться на тысячу кусков и находиться в тысяче мест одновременно.