- Ну, ладно, - сухо заметил Александр. - Ты играешь в шахматы как мужчина. И это комплимент.

- Сомнительный, - сказала Сесилия, считавшая, что женщины ни в чем не уступают мужчинам. - Ты бы знал, как часто мне приходилось сдерживать себя, чтобы не сказать: когда же ты пойдешь?.. Нет, я думаю, что "меченые" являются ясновидцами, обладают какими-то сверхъестественными способностями или же являются носителями зла. Но - и это очень важно - у всех у них кошачьи глаза. Желто-зеленые, почти светящиеся. У меня же таких глаз нет.

Александр повернул к себе ее лицо, внимательно посмотрел ей в глаза.

- Нет, они совершенно темные. Я не вижу в них ничего кошачьего.

- Но я считаю себя "меченой" потому, что мне говорят, будто я фантастически похожа на ведьму Суль. Разница лишь в том, что она была в тысячу раз красивее меня.

- Ну, этого я бы не сказал, - галантно заметил Александр.

- Благодарю. Но некоторые из "меченых" совсем некрасивы. Многие из них почти уроды: Ханна, Гримар... Настоящие страшилища. А на новорожденного Колгрима было просто страшно смотреть. В последний раз, когда я видела его, он был очаровательным маленьким шалуном, со своим собственным отношением ко всем, кто жил в доме. И поскольку от него можно было ожидать всякие гадости, служанки позволяли ему все. Такое начало не обещает ничего хорошего. Мой дед Тенгель тоже был не такой, как все. Только он и Колгрим отняли у своих матерей жизнь при рождении.

- С тобой этого не произойдет! - горячо воскликнул Александр.

- Я уже говорила, что не думаю о какой-то опасности. Но одно меня беспокоит...

- Что же?

- То, что сказала однажды бабушка Силье, глядя на нас, внуков. Конечно, она могла и ошибиться, она говорила это самой себе, просто так: "Ни у одного из них нет желтых глаз!" Она не знала, что ее слышат, да и могла ли я тогда понять смысл того, что она говорила?

- Значит, твой дед обнаружил злые черты у одного из вас?