Она сидела в контурном кресле и курила. Глаза ее были закрыты. Временами, когда она концентрировалась, ее лоб морщился. Временами она бросала взгляд на часы и снова закрывала глаза.

Я не прерывал ее. Я знал важность того, чем она занималась.

Жюли. Она была некрасива. Ее глаза были слишком широко расставлены, подбородок слишком квадратный, рот слишком широкий. Неважно. Жюли могла читать мысли.

Она была идеальной подружкой. Она была всем, что нужно мужчине. Год назад, на следующий день после того, как я в первый раз убил человека, я был в ужасном расположении духа. Но Жюли каким-то образом обратила это настроение в маниакальное веселье. Мы как дикие метались в подконтрольном парке анархии , накрутив в итоге огромный счет. Мы отшагали пять миль, никуда не направляясь, и в конце концов вернулись к скользящему тротуару в центре города. Мы были совершенно измочалены, слишком устали, чтобы думать… А две недели назад была теплая, нежная, спокойная ночь. Двое людей, счастливых в обществе друг друга, ничего более. Жюли была тем, в чем ты нуждался, всегда, везде.

Ее гарем мужчин был, наверно, самым большим в истории. Чтобы улавливать мысли сотрудника АРМ, Жюли должна была любить его. К счастью, в ней хватало места для любви. Она не требовала от нас верности. Добрая половина из нас имела семьи. Но любовь к каждому из мужчин была необходима Жюли, иначе она не могла защищать его.

Она защищала нас сейчас. Каждые пятнадцать минут Жюли входила в контакт с одним из агентов АРМ. Обычно на паранормальные способности полагаться нельзя, но Жюли была исключением. Попади мы в переделку, она всегда придет к нам на помощь… если какой-нибудь идиот не помешает ей за работой.

Так что я оставался снаружи в ожидании и с сигаретой в моей воображаемой руке.

Сигарета была для практики, чтоб поднапрячь мысленные мускулы. В своем роде моя “рука” была так же надежна, как контакт с сознаниями у Жюли, возможно, как раз в силу своих ограничений. Усомнись в своих паранормальных способностях – и они исчезнут. Четко определенная третья рука была куда вразумительнее, чем умение какого-нибудь колдуна двигать объекты по желанию. Я знал, каково ощущать руку, и что ею можно сделать.