– Я не могу вернуться. У меня нет денег на оплату перелета.

– Ну и?

– Хорошо, хорошо. Иди, ищи нам третьего спутника. Такого, на кого моя воображаемая рука произведет впечатление.

Я задумчиво потягивал второй грог “Луау”. К этому времени все кабинки были уже полны, а вокруг бара формировался второй слой посетителей. Голоса рокотали усыпляюще. Настал час коктейля.

…Он все в самом деле устроил. Расписав возможности моей воображаемой руки, Оуэн уговорил присоединиться к нашему экипажу одного сосунка по имени Гомер Чандрасекхар.

И насчет моей руки он тоже был прав.

Прочие люди с подобными способностями могут дотягиваться куда дальше, иногда за полмира. Мое воображение, к несчастью, было слишком буквальным и ограничило меня паранормальной рукой. Но мои экстрасенсорные пальцы были более чувствительными, более надежными. Я мог поднимать больший вес. Сейчас, при полной земной силе тяжести, я могу приподнять налитый до краев стакан.

Я обнаружил, что могу просунуться сквозь стенку кабины и нащупать разрывы электрических цепей за ней. В вакууме я мог смахивать пыль со стекла гермошлема. В порту я вообще творил чудеса.

Я почти перестал чувствовать себя калекой. И все благодаря Оуэну. После шести месяцев горных разработок я оплатил больничные счета, заработал на обратный билет, и еще осталась немалая сумма.

– Какого рожна! – взорвался Оуэн, когда я сказал ему. – Почему Земля?

– Потому что если я смогу вернуть гражданство ООН, Земля заменит мне руку. Бесплатно.

– О, это так, – сказал он с сомнением.

Пояс тоже располагает банками органов, но они всегда полупусты. Поясники не бросаются вещами. И правительство Пояса тоже. Цены на трансплантаты удерживаются высокими настолько, насколько возможно. Так удалось уменьшить спрос до соответствия предложению и в придачу снизить налоги.