– Он был убит, – сказал я. – Безусловно, его убили. Как я раньше не сообразил?

И я ринулся к телефону.

– Доброе утро, мистер Хэмилтон.

Детектив-инспектор Ордас в это утро выглядел особенно свежо и аккуратно. Я вдруг понял, что еще не брился.

– Вижу, вы не забыли принять таблетки от похмелья.

– Да, да. Ордас, вам не приходило в голову, что Оуэна могли убить?

– Разумеется. Но это невозможно.

– А я думаю, что возможно. Предположим, он…

– Мистер Хэмилтон…

– Ну?

– Мы договорились встретиться за ленчем. Может, тогда все и обсудим? Встретимся в штаб-квартире в двенадцать ровно.

– Хорошо. Вот еще насчет чего посмотрите утром. Проверьте, не обращался ли Оуэн за нудистской лицензией.

– Вы думаете, он мог за ней обращаться?

– Ага. За ленчем расскажу, почему.

– Отлично.

– Погодите, не отключайтесь. Вы сказали, что нашли человека, который продал Оуэну дроуд и разъем. Как, говорите, было его имя?

– Кеннет Грэм.

– Я так и думал, – сказал я, опуская трубку.

Тэффи тронула меня за плечо.

– Ты… ты в самом деле думаешь, что он мог быть убит?

– Да. Весь замысел опирался на то, что он был не в состоянии…

– Нет, не надо. Я не хочу об этом знать.

Я обернулся и посмотрел на нее. Она в самом деле не хотела. От всей этой истории о смерти незнакомца ее мутило.

– Ну ладно. Послушай, я вовсе не такой негодяй, чтобы не предложить тебе хотя бы позавтракать вместе, но мне придется заниматься делами прямо сейчас. Могу я вызвать для тебя такси?

Когда такси прибыло, я бросил в прорезь монету в десять марок и помог ей усесться. Прежде, чем такси отправилось, я еще успел узнать ее адрес.

В штаб-квартире АРМ жужжала обычная утренняя деятельность. Я отвечал на приветы встречных, не задерживаясь. Все важное так или иначе дойдет до меня потом.