Как обвал, как лавина, как безумный цунами обрушился на их головы растрепанный, запыхавшийся Фалько, и его легкие клинки замелькали в воздухе, словно лезвия сенокосилки, не давая солдатам колдуна даже опомниться.

Через минуту всё было кончено.

Пятеро приспешников Симарона лежали, корчась в предсмертных муках, на земле, а Фалько, опустив, но не убрав в ножны мечи, стоял перед Симароном, в страхе прижавшимся к пыльной стенке карьера.

— По-хорошему, мне стоило бы отправить сейчас на тот свет и тебя, — горделиво откинув со лба слипшуюся от пота челку, усмехнулся капитан гвардии кронпринца. — Но принц Амза хочет получить тебя живым, не знаю, зачем. Поэтому…

— Найз, Найз!.. Ты там, внизу?.. Найз!!!.. — пронзительный девчоночий крик тревожно забился среди почти отвесных стен, и Фалько, прервавшись на полуслове, повернулся к захваченному колдуну спиной, задрал голову, засунул оба меча подмышку и приложил ладони рупором ко рту.

— Да здесь я, здесь!.. А что?..

— Мама тебя ищет!!!..

— М-м-м… — тихо поморщился как от зубной боли мальчишка. — Ну, как всегда…

— Может, дома случилось чего, Фалько? — озабоченно предположил, отряхиваясь, один из чудесным способом оживших ренегатов.

— Да знаю я ее "случилось"… — недовольно пробурчал мальчик. — То гусей с пруда пригони, то крупу перебери…

— Спроси, — сочувственно поглядел на приятеля Гавр, изображавший колдуна Симарона. — Может, не срочно.

Найз вздохнул, пожал плечами, но совету последовал.

— А что случилось-то, Фила? — прокричал в ладони Найз.

— Дяде Лимбе… совсем… плохо стало!.. — взлетел до самой высокой ноты и вдруг оборвался голос сестры.

Она не сказала самого страшного слова, но и невысказанное, оно материализовалось в мозгу Найза, распухло, набрякло тяжелым ужасом и запульсировало, словно живое.