Боги. Всё это из-за них и заварилось. Выяснение кто из богинь всех прекрасней стоило огромного количества жизней.

Одиссей действительно помог взять Трою. Если бы он не был любимчиком Афины…

— Как приятно, милый, ты обо мне не забываешь!

Одиссей дёрнулся от неожиданно прозвучавших за спиной слов и пролил вино на тунику.

— Афина! — Одиссей вскочил лицом к гостье. — Ты всегда так неожиданно… Разве пришел объявленный тобой срок? Прошло три года? Я заметил только два из них. Гм… почти два.

— Так ты не рад? — надула губки Богиня. — Было время, ты думал лишь обо мне, а теперь цепляешься за каждую минуту без меня.

— Твои появления приучили меня к тому, что близок момент, когда предстоит сражаться за жизнь. — Одиссей, на всякий случай, бросил взгляд на свой лук, висящий на стене так, чтобы его можно было достаточно быстро пустить в дело, и приветливо улыбнулся.

— Успокойся. Сегодня тебе не предстоит сражаться. Мне было скучно, и я решила тебя повидать. Кстати, я видела твоего сына Телемаха. Он со своей командой на триере обходит Итаку с юга. Телемах не выглядит счастливым.

— Ааай — отмахнулся Одиссей — Сопляк. Хочет подвигов и славы. Не хочет понимать насколько это опасно.

— Имена вернувшихся Героев более известны, чем имена не вернувшихся. Чего же ты хотел от сына Героя? Дай ему проявить себя!

— Афина. Я молю тебя, давай оставим эту тему. Мне дорог мой сын, я не хочу оплакивать ещё и его. У меня осталось слишком мало тех, кого я люблю.