Мой ум говорил мне, что такое невозможно, однако приглядевшись я достаточно быстро понял, что я смотрел на армохрустальный щит, не похожий на бронестекло пилота обычного шатла.

В наш малюсенький отсек, не больше нескольких метров в любом направлении, ворвался холодный свет бесчисленного количества звезд, проносившихся мимо нас с головокружительной скоростью.

– Что это за полосы? – спросил Юрген, ввалившись через люк как неуклюжий кит, его запах вернулся к нему и я взмолился о скорейшем прибытии спасателей.

– Это звезды. – ответил я кратко.

– Должно быть мы падаем.

Я пробрался к контрольной панели, застегнул лямки ремней дабы удержаться в кресле, и начал трудиться над тем, чтоб хоть как-то контролировать наш полет.

Я думаю, что скорее это было счастливой случайностью, спасшей нас, что никто из орков не расстрелял нас, без сомнения полагая, что мы всего лишь еще один кусок разбитого корабля.

Очевидно капсула была разработана с учетом того, что экипаж был бы не в том состоянии, что бы управиться со сложными системами, почти за все отвечала автоматика когитаторов, которая так поспешно выкинула нас в космос.

Пролистывая пиктограммы, услужливо проецируемые прямо перед моим лицом после того как я сел в кресло, мне примерно стало понятно, что нужно сделать, и несколько экспериментов с кнопками и рычагами подтвердили мои мысли.

Как только полосы света за армохрусталем начали замедляться, возвращая привычную картину точек звездного неба, которое я наблюдал с палуб кораблей, на которых я путешествовал с тех пор, как мое детство в улье было внезапно прервано, мы начали понимать масштаб баталии разворачивающейся вокруг нас.

Вопреки тому, что вы могли видеть в сериях «Атакующее нападение», космические корабли в битве крайне редко сближаются в упор, расстреливая друг друга с дистанции в сто, если не в тысячу километров.